Category: история

Category was added automatically. Read all entries about "история".

ДьяволКроецавДеталях..

https://youtu.be/JLALT2jIepw
Франция.Яна..
Назилэнд"""Naziland




"""
Хотя Гитлер проиграл вторую мировую войну, он был феноменально успешен в реализации своей идеологической программы. Германия, фактически вся Европа, сегодня по сути своей является Юденфрай (свободным от евреев) из-за эффективности и рвения немцев, которые совершили Холокост во время Третьего рейха. Фактически, можно привести очень убедительные доказательства того, что нацизм является одной из самых успешных политических программ всех времен. Он достиг большего количества своих целей за более короткое время, чем любое другое сопоставимое политическое движение, и навсегда изменил лицо и политическую структуру нескольких континентов.

Германия богата, стабильна, неуклонно буржуазна и, при любых обстоятельствах и целях, свободна от евреев. Да, есть крошечное меньшинство евреев, в основном в Берлине, и да, было несколько евреев из бывшего Советского Союза, которые эмигрировали в Германию, но большинство выходцев из России не практикуют иудаизм и мало что делают для пропаганды уникальной еврейско-немецкой идентичности."""

""Все это теперь доступно и для вас..""
ДляВсех..
НевзираянаЛица..
ЗеленыйПасс вместо желтойЗвезды..

«стада гоев, тянущих льготы из маленького еврейского государства».

***

Об этом не говорят — возможно, потому, что это неполиткорректно, но Закон о возвращении надо изменить. Большинство приезжающих сегодня репатриантов — неевреи…. Их не преследовали из-за их еврейства, часть из них не чувствуют никакой связи с еврейством и считают себя христианами»

Рахав-Меир объясняет согражданам нестерпимость ситуации: представьте, внук еврея из какой-нибудь Украины «получает право на репатриацию в нашу маленькую страну со всеми сопутствующими льготами», — и поддерживает праведную борьбу за изменение Закона о возвращении, которую ведет адвокат Якубович.

Как суммирует суть статьи журналист «Гаарец» Хаим Левинсон, «Сиван Рахав-Меир, не имея о чем писать, выезжает на безотказной ксенофобии против репатриантов из бывшего СССР — «стада гоев, тянущих льготы из маленького еврейского государства». Левинсон пишет, что большинство знакомых ему репатриантов из бывшего СССР живут в бедности и не получают от еврейского государства ничего, кроме бесконечных унижений «от таких, как Сиван».

Вы разговаривали хоть с кем-то из этих гоев, Сиван?
Или сочиняете, сидя в иерусалимском пентхаусе?»
Левинсон заключает, что против «гоев» воюют те, кто хочет превратить Израиль в государство Галахи.

***

Про Йолку...

85 лет назад распоряжением Сталина в СССР официально разрешили наряжать елку — к этому моменту только на протяжении XX века елки успели запретить дважды, да и до этого отношение к ним было настороженным.
Какую угрозу видели в елках в разные годы и почему, несмотря ни на что, от елки так и не удалось избавиться






Патриоты против елок, потому что это немецкие штучки


К началу XX века отношение к елкам выровнялось даже у Синода, но в 1914 году Российская Империя вступила в Первую мировую войну и страну захлестнула волна ненависти ко всему немецкому. В Санкт-Петербурге, переименованном в Петроград, и Москве разъяренные толпы громили немецкие магазины, избивали выходцев из Германии и обвиняли в шпионаже всех, кто имел связи с Германией. Когда в декабре 1914 года патриотическая пресса узнала, что в одном из саратовских госпиталей для военнопленных немецкие солдаты установили елку, разразился настоящий скандал. То, что свою праздничную традицию враг продолжает блюсти, даже будучи плененным, напомнило патриотам, что рождественская елка есть изобретение германское, а потому его надо запретить. В 1914 году на волне бурной дискуссии в прессе возможность запрета обсуждали в Синоде, но ограничились рекомендациями не ставить их, а в 1916-м Синод все-таки выпустил запрет устанавливать елки в публичных местах. Жена Николая II Александра Федоровна пришла от патриотической инициативы в ярость: «Чего ради лишать этого удовольствия раненых и детей? Только из-за того, что этот обычай первоначально позаимствован у немцев? Какая безграничная узость!» Впрочем, несмотря на позицию общественности и Синода, царская семья продолжила на Рождество ездить в госпитали на елки для раненых.

Collapse )

30 лет большой алие из ссср...

«По-своему отметил 30-летие Большой Алии главный сефардский раввин Ицхак Йосеф, — с сарказмом отмечает автор статьи. – Он поднял скандал на всю страну, когда выступил с грубыми нападками на репатриантов из бывшего СССР, заявив, что среди них есть «сотни тысяч или десятки тысяч конченых гоев, коммунистов, ненавидящих иудаизм, которые ходят в церковь и даже посещают монастыри».

По данным, которые приводит «Глобс», 68% репатриантов из бывшего СССР являются евреями, 30% — без вероисповедания, и только 2% — христиане (речь идет, в основном, о нееврейских супругах, прибывших в Израиль по Закону о Возвращении).

Фрагмент*.

Публикуем фрагмент книги, посвященный антисемитизму в Третьем рейхе и атомизации общества в условиях тоталитаризма.
Ниал Фергюсон. Площадь и башня.

Collapse )

Советское наследие...

.
***
Накануне массового террора неизменно формируют большую группу врагов — тогда не нужно доказывать вину каждого. Кулаки, вредители, троцкисты… Теперь — евреи.
Это сразу поднимало заговор на мировой уровень. Ведь за евреями, объясняли пропагандисты, стоят Израиль и Соединенные Штаты.

Подлинная причина преследования советских евреев, столь неожиданного для страны, разгромившей нацистскую Германию, жестокого убийства художественного руководителя Государственного еврейского театра Соломона Михоэлса, процесса над членами Еврейского антифашистского комитета, ареста «врачей-убийц» состоит в том, что Сталин решил объявить евреев американскими шпионами.

Вячеслав Малышев, заместитель председателя Совета министров по машиностроению, записал слова вождя, сказанные им в узком кругу, — на заседании президиума ЦК 1 декабря 1952 года:

— Любой еврей — националист, это агент американской разведки. Евреи-националисты считают, что их нацию спасли США. Они считают себя обязанными американцам. Среди врачей много евреев-националистов.

На совещаниях армейских политработников объяснялось, что следующая война будет с Соединенными Штатами. А в Америке тон задают евреи, значит, советские евреи — «пятая колонна», будущие предатели.

Они уже и сейчас шпионят на американцев или занимаются подрывной работой… Подготовку к большой войне следует начать с уничтожения внутреннего врага. Это сплотит народ.
..


Профессор Р. Белкин обратился к Сталину с письмом. Он предлагал отказаться от паспортного определения национальности, обращал внимание на то, что живущие в России евреи уже ничем не отличаются от русских:

«Ассимиляция евреев, особенно интеллигенции, настолько глубока, что нередко подростки еврейского происхождения узнают, что они не русские, только при получении паспорта… Они воспитаны на советской русской культуре. Они не отличаются по условиям своего быта от коренного населения. Они считают себя русскими людьми, отличаясь от последних лишь паспортными данными. Изменился и психический склад, исчезли и некоторые остатки национального характера, свойственного евреям в прошлом. Не пришло ли время ликвидировать искусственное паспортное обособление русских людей еврейского происхождения от русского народа?"

Помощник вождя Александр Поскребышев переадресовал письмо секретарю ЦК Маленкову. Тот велел своему аппарату подготовить ответ. Отдел экономических и исторических наук и вузов ЦК партии заказал справки в Институте языкознания и Институте философии Академии наук СССР.

Институт языкознания доложил в ЦК, что «русская нация не может включать в свой состав лиц иной национальной принадлежности». За исключением тех, кто «обрусел и давно утратил в результате смешанных браков связи со своей прежней национальностью».

Институт философии отчитал профессора Белкина: «Вы совершенно неправильно считаете искусственным отличие евреев от русского народа. Русский народ является ведущей нацией среди всех наций СССР. Товарищ Сталин назвал русский народ выдающимся народом. Евреи имеют не только «паспортное» отличие от русских».

Иначе говоря, все решает кровь, раса… Судьба человека полностью определяется его биологией, кровью… Разделение народов на более и менее достойных быстро приобрело расовый характер. Эти настроения подтачивали единство государства. В союзных и автономных республиках внимательно следили за тем, что происходит в Москве. Если одним можно прославлять величие своего народа, своего языка и своей культуры, то и другие не отстанут. Откровенный национализм в конце концов погубит Советский Союз.
***

Одна из 1200...// Интервью от 2008 г //

Мими Рейнхард была не просто одной из списка вызволенных немецким фабрикантом Оскаром Шиндлером евреев концлагеря Плашов в Польше. Она была секретарем этого человека, и в течение нескольких лет помогала ему вести рискованную схватку за спасение человеческих жизней. Именно эта женщина, которой сегодня 92 года, напечатала список из 1200 фамилий людей, которые, став, так называемыми, «евреями Шиндлера», работали на его заводах до конца второй мировой войны.
Оскар Шиндлер, получивший звание «Праведник народов мира», скончался в возрасте 66 лет в 1974 году в Германии, и, согласно его завещанию, был похоронен в католической части кладбища на Масличной горе в Иерусалиме. На его могиле надпись на иврите –"Благодарение Б-гу, что он был наш". Оскару Шиндлеру, немцу, уроженцу чешского города Свитава, стоит памятник и на родине. Там надпись, выбитая на чешском и немецком языках, гласит: "Незабываемому спасителю 1200 обреченных евреев". В честь этого человека на Аллее Праведников в иерусалимском мемориале Яд-ва-Шем посажено дерево.
Года не щадят никого! По прошествии более 60 лет почти не осталось в подлунном мире счастливчиков, которых внесла в «Список Шиндлера» рука Мими Рейнхард. Но те, кого еще полностью не победила немощь, а также потомки спасенных, чтят память Оскара Шиндлера и ежегодно собираются у его могилы.
Мими Рейнхард прожила последние 50 лет в Нью-Йорке, и только совсем недавно переехала в Израиль к своему сыну, внукам и правнукам, давно живущим в этой стране. Она обычно отказывается давать интервью, но ее в буквальном смысле уговорила Вика Мартынова, корреспондент израильской русскоязычной газеты "Новости недели".По всей видимости, немаловажную роль сыграл тот факт, что мы с Викой представляем русскоязычные издания. Оказывается, за всю свою жизнь Мими Рейнхард ни разу не беседовала с русскоязычными журналистами. "Наконец-то, на десятом десятке жизни, – со смехом сказала мне и Вике бывшая секретарша Шиндлера, – я исправлю эту оплошность".
Отныне Мими Рейнхард живет в престижнейшем доме престарелых в Герцлии-Питуах. Это заведение ни в коей мере не напоминает богоугодное. Оно именуется «Шева кохавим» («Семь звезд») и, действительно, соответствует гостинице высшего класса санаторного типа. Не могу также не заметить, что в Герцлии-Питуах обычно селятся состоятельные выходцы из Северной Америки.
Когда я впервые услышал о Мими Рейнхард, меня очень удивило сочетание ее имени и фамилии. Короткое, в немалой степени сценическое имя, и типичная немецко-еврейская фамилия. Поэтому мой первый вопрос был таким:
- У вас необычное имя и очень известная в театральных кругах фамилия. Вы,случайно, не родственница знаменитого немецкого режиссера и актера Макса Рейнхардта?
- Я родилась в весьма обеспеченной еврейской семье в пригороде Вены в Австрии, которая тогда еще была Австро-Венгрией и управлялась императором Францем-Иосифом. Моя девичья фамилия – Коппель. Мои родители, страстные меломаны, хотели назвать меня Кармен, в честь полюбившейся им героини одноименной оперы Жоржа Бизе. Вероятно, они ожидали брюнетку, но родилась блондинка. Пришлось имя немного «подкорректировать».Так я стала Мими, как и героиня известной лирической оперы Джакомо Пучинни «Богема». Что же касается Макса Рейнхардта, к фамилии которого, кстати, добавлена буква «т», то, насколько я знаю, мой второй муж Альберт Рейнхард, не был и не мог быть его родственником. Ведь настоящая фамилия великого режиссера и актера – Гольдман.
- Вы успели завершить в Австрии свое образование?
- Нет. Я только поступила на филологический факультет Венского университета. Мне очень нравилось учиться, и я не особенно ощущала нараставший антисемитизм, ибо внешне не была похожа на типичную еврейку. В 1937 году я вышла замуж за Йозефа Вайтмана. Мой отец вскоре по делам бизнеса отправился в Уругвай. А я с мамой и мужем переехала в Краков. Там, в июне 1939 года, родился мой сын Саша. Когда Польшу оккупировали немцы, они стали выискивать евреев. Однажды гестаповцы ворвались в наш дом, учинили полнейший разгром и отправили нас в концлагерь Плашов. Мой муж, который в тот момент не был дома, позже оказался в Краковском гетто. Ему удалось бежать, связаться с польскими антифашистами и выправить фальшивые документы для моей матери и нашего сына. Благодаря этим документам мама и Саша смогли не только вырваться из лагеря и добраться до Венгрии, но и дожить там до победы. К сожалению, Йозефа схватили гестаповцы и замучили в своих застенках.
- Как вы попали к Шиндлеру?
-: Могу прямо сказать: меня спас немецкий, мой родной язык. Когда посудная фабрика Шиндлера начала расширяться, ему потребовались секретари. Среди польских евреев, которые в большинстве своем и трудились на его производствах, практически не было тех, кто свободно изъяснялся и писал по-немецки. Предполагаю, что меня, австрийку, кто-то ему порекомендовал. Он пригласил меня в свою канцелярию, поговорил со мной по-немецки и выяснил, что я могу стенографировать. Вероятно, в этот момент и решилась моя судьба...
- А также судьба тех, кого вы внесли в список, позже названный именем Шиндлера.
- Не могу не признаться, что я тогда совсем не умела печатать, «отбивала» буквы двумя пальцами. Но, конечно же, очень старалась. Поэтому мне и доверили перепечатку «Списка» набело. У меня не было никакой специальности, и недолго думая, я вписала себя в список, указав профессию – «машинистка». Еще я вписала в этот «список жизни» двух своих подруг. Они тоже спаслись, а после войны переехали в Израиль. Я с ними всегда встречалась, когда навещала здесь сына и его семью. К сожалению, мои подруги уже ушли из жизни.
- Если я вас правильно понял, то в «Список» попали далеко не все евреи, работавшие у Оскара Шиндлера.
- Разумеется. В "Списке" только 1200 фамилий, а у него работали тысячи. Шиндлер сделал только то, что смог. И даже больше. Намного больше. Ему приходилось почти все ночи проводить на своем предприятии, ибо он опасался внезапного появления гестаповцев. Когда в конце войны 300 женщин, числившиеся в «Списке», были отправлены в Освенцим, он сумел подкупом гестаповский бонз высвободить их оттуда. Это был единственный случай, когда транспорт с живыми людьми покинул Освенцим.
-: Были в «Списке Шиндлера» евреи из СССР?
- Нет. У Шиндлера работали польские, немецкие и чешские евреи.
- Несомненно, Шиндлер был мужественным человеком. И все-таки, почему он, едва ли не ежесекундно рисковал своей жизнью, спасая чужие?
- Нацистская ставка на подлость полностью не оправдалась, потому что были такие люди, как Шиндлер и его жена Эмилия, которые сохранили человечность. Когда большинство их соотечественников запачкали свои души, утратив сострадание, именно Шиндлер и совсем немногие подобные ему, по сути, восстали против нацистского безумия.
- Я читал, что Шиндлер после Второй мировой войны был отвергнут своими же согражданами. Его откровенные обвинительные выступления на судебных процессах над военными преступниками сделали этого мужественного человека бельмом в глазу тех, кто знал о творившихся преступлениях, но и пальцем не пошевелил, чтобы помочь безвинно обреченным на смерть. Хотя, с другой стороны, он был членом национал-социалистской партии Германии с 1935 года и даже носил золотой нацистский значок. Как это могло сочетаться в одном человеке?
- Для Шиндлера главным были человеческие жизни. И нацистский значок помогал ему завязывать контакты с нацистскими верхами, чтобы спасать евреев. В послевоенной Германии в него бросали камни и те, кто оставался в душе нацистом, и те, кто пытался оправдать свое полное бездействие "просто страхом". Шиндлер вынужден был уехать в Аргентину, прожить там семь лет и возвратиться в Германию, когда страсти вокруг его имени немного улеглись. Евреи, выжившие благодаря Шиндлеру, подарили ему после войны кольцо, на котором была выгравирована фраза из Талмуда: «Кто спас одну жизнь, тот спас весь мир».
- В фильме Стивена Спилберга «Список Шиндлера» вы не заметили каких-либо неточностей или несоответствий по сравнению с тем, что было на самом деле?
- На мой взгляд, фильм сделан на высочайшем уровне. Об этом свидетельствуют полученные режиссером и актерами фильма призы и награды. Ирландец Лиам Нисон, сыгравший Оскара Шиндлера, выглядит эффектно, похожим на своего прототипа. Ведь Шиндлер был красивым мужчиной, любившим жизнь во всех ее проявлениях. Правда, мне кажется, что в художественном фильме невозможно передать тот непреходящий ужас безысходности, который всеми нами владел. Точности ради скажу, что тряпье, в которое мы были одеты, не идут не в какое сравнение с одеждами игравших нас актеров. Ведь мы оставались узниками концлагеря.
- Как сложилась ваша судьба после войны?
- Прежде всего, я поехала в Венгрию, разыскала сына и мать. Мы были наслышаны о сталинских ужасах и очень боялись большевиков. Мы не желали попасть "из огня в полымя". Поэтому переехали в Италию. Государство Израиль еще не было провозглашено и в попытке добраться до Соединенных Штатов, мы оказались в Танжере, который сегодня принадлежит Марокко, а тогда обладал особым международным статусом. Там я познакомилась со своим вторым мужем, фамилию которого и ношу. Вскоре мы все оказались в Нью-Йорке. Мой сын в начале 70-х годов переехал с семьей в Израиль. Он социолог, работает в Тель-Авивском университете. У меня три внука и девять правнуков. Они все живут в еврейском государстве. Я к ним только присоединилась.

Израиль как изнанка СССР...

Прошло почти три десятилетия. В Ростове и в Москве именем Печерского названы улицы. В крупнейших российских музеях проходят посвященные ему выставки. О героях Собибора снимают художественные и документальные фильмы, пишут романы, публикуют документы и исследования.

И в о же время в экспозиции «Яд ва-Шем» история Собибора по-прежнему представлена одним куцым листочком, на котором восстанию посвящено одно (!) предложение. Здесь не упоминается имя Печерского, нет информации о роли других советских военнопленных в восстании, о том, что восстание было успешным, что после него лагерь по личному приказу Гиммлера был уничтожен, а газовые камеры взорваны. Ни документов, ни фотографий.

На все недоумения – почетных гостей, общественных деятелей, депутатов Кнессета – музейное руководство отвечает однотипными отписками. Мол, через некоторое время будет плановая ревизия экспозиции, тогда и посмотрим, а пока не видим повода. И вообще о Печерском рассказывается на нашем сайте, читайте, если кому интересно. Но музей-то по старинке ассоциируется в первую очередь не с сайтом, а с экспозицией. «Многие свидетельства о его подвиге находятся в нашем архиве, и мы продолжаем собирать материал о борьбе и жизни этого необыкновенного человека», — писал в письме Ольге Печерской Ицхак Арад. Собрано действительно много. В музее из собранного не представлено ничего.

Очевидно, что историческая память не застывает раз и навсегда в определенных формах. Она подвижна, ее структура и наполнение меняются. Четверть века назад символом Холокоста для огромного числа людей неожиданно стал малоизвестный немецкий промышленник Оскар Шиндлер. Десять лет спустя мир потрясла история Владислава Шпильмана. Сейчас в центре памяти о Катастрофе и Героизме европейского еврейства – восстание в Собиборе и грандиозная фигура его руководителя. Подвиг узников Собибора на наших глазах становится легендой, а Печерский вырастает в героя, подобного Иуде Маккавею или Самсону.

Музей, если он хочет оставаться живым образованием, должен реагировать на эти изменения. Более того, он должен такие перемены предчувствовать и «возглавлять». Именно «Яд ва-Шем», а не группа энтузиастов должен был в начале 2000-х инициировать кампанию за присвоение имени Печерского улице в Цфате. Именно национальный мемориал Катастрофы и Героизма должен сегодня добиваться, чтобы улицы, названные в честь Печерского и других героев Собибора, появились в Иерусалиме, Тель-Авиве, Хайфе и других израильских городах, чтобы в Израиле им были поставлены памятники. Должен – но для этого ему нужно стать живым и открытым к обновлениям организмом, а не бюрократической машиной, из-за которой невозможно обновить стенд, поменять листочек, дописать несколько фраз, повесить фотографию. Мы столько лет с возмущением говорили о том, что подвиг Печерского не признан на его родине, в СССР и постсоветской России, – стыдно сознавать, что теперь нам нечего ответить на вопрос: «А как увековечена его память у вас в Израиле?».


Collapse )